Венеция-72: О любви, войне и кино

Венеция-72: О любви, войне и кино


На 72-м Венецианском кинофестивале (2-12 сентября 2015 года) до недавних пор в рейтингах итальянской и международной прессы и – что самое интересное – в рейтинге публики лидировала «Франкофония» Александра Сокурова. В последние дни в лидеры прорвались еще два фильма – анимационная «Аномализа» Чарли Кауфмана и документальный «Рабин. Последний день» Амоса Гитая. Вне конкурса запомнился сногсшибательный проект Ноа Баумбаха и Джейка Пэлтроу «Де Пальма».

Любовь, сбивающая с ног


«Аномализа» - это сутки из жизни известного и успешного мотиватора, коучера, который живет в Лос-Анджелесе и прилетает в Цинциннати, чтобы провести тренинг для младших коллег. Дома у него жена и ребенок, а жизнь невыносимо тосклива, все люди кажутся ему одинаковыми и говорящими одинаковыми голосами. Он настолько сник, что в поисках игрушки для сына забредает в секс-шоп и поначалу не очень понимает, что это за заведение. Интересно, что игрушку для отпрыска он там таки покупает. 10 лет назад в этом городе он переспал с женщиной и сбежал от нее, а новая встреча не приносит радости. Но внезапно в отеле он слышит женский голос, резко отличающийся от мира одинаковых голосов, в котором он привык жить. Незнакомка оказывается прилетевшей его послушать девушкой с низкой самооценкой, со шрамом на лице, скованной в сексе, любящей Синди Лаупер. Но она кажется ему той самой, с которой он сможет, наконец, быть счастлив. Ее зовут Лиза, и она не такая как все.

А теперь надо добавить, что все это – кукольный мультфильм. И в нем есть совершенно обезоруживающая постельная сцена. И куклы действительно одинаковые и с одинаковыми голосами, а различия обеспечены разными париками и прочим антуражем. Не такая как все Лиза в прямом смысле слова, она говорит другим голосом, жанр позволил Кауфману превратить метафору в буквальность, и она работает лучше любой метафоры. Второстепенных персонажей независимо от пола и возраста озвучил Том Нунен. Главных героев – Дэвид Тьюлис и Дженнифер Джейсон Ли, давно знакомые друг с другом, но впервые работавшие вместе. Как и «Она» помогла Скарлетт Йоханссон раскрыться совершенно оригинальным образом, так и «Аномализа» дала этой паре возможность сыграть важные роли в их карьере (для Ли – точно одну из лучших). Автор сценариев к «Быть Джоном Малковичем» и «Адаптации» Спайка Джонса и «Вечного сияния чистого разума» Мишеля Гондри, режиссер «Нью-Йорк, Нью-Йорк» Чарли Кауфман снял фильм, из всех своих киноопытов самый ясный и четкий рассказ о боли, одержимости, отчаянии, неудачах, случайных встречах и любви.

Двадцать лет спустя


Амос Гитай представил в Венеции 150-минутный фильм «Рабин. Последний день» об убийстве израильского премьера, лауреата Нобелевской премии мира Ицхака Рабина. Рабин был застрелен в ноябре 1995 года студентом, недовольным политикой премьера по урегулированию конфликта с палестинцами. Фильм Гитая, смесь документального материала с постановочными кадрами, конечно и об этом убийстве. Есть даже запись самого покушения, случайно сделанная репортером. Это и попытка проследить за работой комиссии, расследовавшей небрежность спецслужб, легкий анализ нескольких теорий заговора (режиссер в них не очень верит, потому серьезно к ним в кадре не относится). Он реконструирует допрос убийцы, разговоры с экспертами – особенно прекрасна героиня-психиатр, пытающаяся доказать, что Рабин был щизофреником, нацистом и чуть ли не сатанистом.

И все же это фильм не о Рабине, его и кадре то почти нет. И даже не о расследовании обстоятельств его убийства. Амос Гитай – известный израильский режиссер, на его творчестве жирной печатью стоит тема арабо-израильского конфликта, на какое-то время из-за споров вокруг фильма «Полевой дневник» он даже вынужден был уехать из страны. Его новая работа – о самой атмосфере тогдашнего Израиля, о политике ненависти и раскола в обществе, которую вели правые радикалы и которая и привела к такой развязке. И о том, как это убийство изменило нашу реальность. Рабин был героем войны, которому многие в стране доверяли вести мирные переговоры с палестинцами, даже если это означало отказ Израиля от территорий. Его смерть, по выражению режиссера, захлопнула очень маленькое окно в мир в очень долгом периоде арабо-израильского конфликта. Она травмировала страну так, как травмировала Штаты гибель президента Кеннеди («каждый из того поколения помнил, где он находился в момент убийства», - писал Гитай). События 20-детней давности отбрасывают тень на все, что происходит в стране и до сих пор. В самом начале фильма Шимона Переса спрашивают, стал бы Израиль более спокойным, если бы Рабина не убили, пошло бы все иначе в вопросе арабо-израильского конфликта. Понятно, как обычно отвечают на подобные гипотетические вопросы опытные политики уровня Переса. Но он, без тени сомнения, глядя прямо в камеру, говорит: «Да, это было бы так». Фильм Гитая ценен удивительной концентрацией внимания на том пограничном периоде, на том коротком отрезке времени, когда все решалось, погружением зрителя в атмосферу времени, когда все могло пойти по другому пути.

Головокружение


Еще один важный документальный фильм показали на Лидо вне конкурса. Это «Де Пальма» Ноа Баумбаха и Джейка Пэлтроу. Брайан Де Пальма не избалован критическим анализом так, как избалованы его коллеги по Новому Голливуду Стивен Спилберг, Мартин Скорсезе, Джордж Лукас и Фрэнсис Форд Коппола. Тем интереснее это кино, где кадры из игровых фильмов и документальной хроники перемежаются с «говорящей головой» заглавного героя, который и выполняет эту аналитическую работу. Рассуждает о своих лентах, своих актерах и партнерах, своих ошибках, а также о великих, которые на него повлияли.

Фильм начинается и заканчивается кадрами «Головокружения» Альфреда Хичкока, потому что он, пожалуй, оказал самое сильное влияние на Де Пальму. А между этими кадрами – вся его 60-летняя карьера, от короткометражек до недавнего видео для Брюса Спрингстина. Пара-тройка воспоминаний о детстве и родне, несколько упоминаний о жене, но в основном – о кино. О том, как Аль Пачино в «Пути Карлито» потел в кожаном пальто в страшную жару, как было непросто с Шоном Пенном, как Роберт де Ниро появлялся в его ученических короткометражках, как он воспринял ремейк «Кэрри», как хотел работать над картиной «Миссия: невыполнима» с Томом Крузом, и в чем была его ошибка с этим фильмом, почему он больше не работает в Голливуде, как реагирует на то, что его, Де Пальмы, время прошло. Мелькают кадры из кино и из хроники, и Де Ниро на этих кадрах просто вопиюще молод, а Спилберг вообще без бороды. Порой кажется, что Баумбах и Пэлтроу хотят добиться от зрителя того самого головокружения. Кто-то из критиков пошутил, что это кино можно было бы озаглавить «Де Пальма. На последнем дыхании». Это кино нон-стоп, азартная болтовня киномана, которому есть что сказать о времени и о себе. И который определенно имеет на это право.

Брайан Де Пальма в этом году лично прибыл в Венецию, причем, в канун своего дня рождения – 11 сентября ему исполнится 75 лет. Режиссер удостоен почетной награды Мостры за особый вклад в современный кинематограф. Директор фестиваля Альберто Барбера в своем официальном заявлении отметил, что Де Пальма – один из самых умелых режиссеров в построении механики повествования, с большой творческой свободой экспериментирующий с новыми техническими решениями. А его кино – это удовольствие для глаз и в то же время загадка, терзающая киномана, сам же Де Пальма – один из величайших новаторов, которые достигли совершеннолетия в тени Нового Голливуда.

Впереди в Венецианском конкурсе еще несколько премьер, в том числе новая работа канадца Атома Эгояна. А завершится фестиваль вечером 12 сентября, призы победителям вручит международное жюри под руководством мексиканского режиссера Альфонсо Куарона.



Автор: Марина Латышева




Самое читаемое сегодня

Главные новости дня