Любовь и смерть, разум и чувства

Любовь и смерть, разум и чувства

Лирический сай-фай «Ровня» (Equals) разворачивается в том отдаленном светлом будущем, когда человечество победит все болезни и, наконец, объявит войну всему человеческому, то есть чувствам как крайне нездоровому явлению. И в этом, в целом, есть большой смысл. Проблема в том, что полностью изъять всю эту досадную любовь-морковь из ДНК человека не получится даже при усиленном медикаментозном вмешательстве. Вот что следует из лирического сай-фая с участием Кристен Стюарт и Николаса Холта в постановке подающего надежды Дрэйка Доремуса - вещи вылизанной и стильной до того момента, когда из-под дизайнерского одеяла, сшитого по подсказкам Оруэлла и Замятина, вдруг не покажутся банальные ноги Ромео и Джульетты.

Рок-певица и художница Лори Андерсон, вслед за своими тибетскими учителями, учит, что грустные чувства, печаль, скорбь нужно понимать головой, но не допускать в сердце. Она

посвятила свое «домашнее видео» "Собачье сердце" (Heart of a Dog) ушедшему мужу, Лу Риду, но главный герой ее фильма, попавшего в конкурс Венеции, - отнюдь не он, а ее тоже уже умерший рэт-терьер Лоллабель. Как и «Франкофония» Сокурова, это философский коллаж, впрочем, составленный из совершенно других источников, вдохновленный иными размышлениями — частного, а не планетарного масштаба, но при этом не менее общечеловеческого характера. Он включает в себя семейную хронику и хронику 11 сентября, авторскую анимацию, цитаты из Витгенштейна и Тибетской книги мертвых, ну и, само собой, музыкальные сочинения самой Андерсон. Картина, избегающая всякой сентиментальности рассказывает о чувствах, потерях и смерти — как части жизни, которой не надо бояться и которую надо воспринимать как освобождение. И неважно смерть это животного или человека. Андерсон не делает здесь различий: животные для нее — такие же люди, точнее дети: в фильме есть сон, в котором она рожает свою Лоллабель.

Если можно сделать еще более личный и откровенный фильм, то с этой задачей справился выдающийся маэстро крутого артхауса Цай Мин Лян в представленном вне конкурса минималистском «После полудня» (Afternoon). В течение почти двух с половиной часов на одном плане режиссер со своим любимым актером Ли Кан Шеном обсуждают все, что придет им в голову — от особенностей их странного семейного союза до совместных работ и путешествий в Эстонию. Цай не раз говорит о том, что предчувствует скорую смерть и просит своего друга лишь об одном — продолжать читать буддийские сутры. Динамика их отношений, проявляющаяся в этом разговоре, в его прерывающемся ритме, в самих его паузах — завораживает. Это отношения учителя и ученика, отца и сына, бога и апостола. А откровенность, с которой интимный наворот слез, признаний, вопросов, ответов, молчания вываливается на зрителя, обезоруживает и парализует больше, чем выдуманный научно-фантастический укол, парализующий чувства.


Самое читаемое сегодня

Главные новости дня