Закон Яровой принят, но что дальше?

Закон Яровой принят, но что дальше?

Закон Яровой, вызвавший множество споров, через год вступит в силу. 1 июля 2018 года он будет обязателен к исполнению всеми операторами связи. Они будут обязаны хранить текстовые сообщения, голосовую информацию, изображения, звуки, видео, иные электронные сообщения пользователей сроком до шести месяцев, а сроком до трех лет они должны будут хранить информацию о фактах приема, передачи, доставки сообщений и звонков.

<hr/>

О ЗАКОНЕ ЯРОВОЙ

Принятие закона, несмотря на возражения как бизнеса, так и общественности, показало несколько устойчивых трендов российской действительности:

— выживание режима выше целесообразности данного закона. Несмотря на технические сложности его воплощения и дороговизну для бизнеса, закон будет реализован. И более того, финансирование закона, который является прихотью Кремля, ложится на бизнес.

Как заявил Никифоров, выделение бюджетных средств для поддержки операторов связи в ходе реализации так называемого закона Яровой не рассматривается. Ранее в феврале появлялась информация, что Минэкономразвития предлагает задействовать государственную помощь через использование средств Фонда универсальных услуг связи, чтобы рост тарифов не превысил уровень инфляции. Однако и здесь крылось лукавство Кремля. Фонд универсальной услуги связи финансируется за счет отчислений всеми операторами РФ 1,2% выручки. А сам фонд должен был финансировать проект устранения цифрового неравенства (УЦН). Если бы средства пошли на реализацию закона Яровой, то, во-первых, они бы не были государственной поддержкой, так как фонд существует за счет операторов. Во-вторых, тогда бы были сорваны планы «интернетификации» малых населенных пунктов. Но пока об этом фонде и финансировании из него речи уже не идет.

— как обычно, за инициативы Кремля будет платить обычный народ. Дворкович, например, уже сказал, что «правительству будет дано право определить некие этапы введения тех или иных требований относительно операторов связи, что позволит минимизировать ближайшие инвестиции и соответственно не допустить избыточного роста тарифов». Отметим, что он говорит о недопущении избыточного роста тарифа, значит все-таки рост его для Кремля является вполне закономерным итогом этой инициативы. РСПП при оценке последствий прогнозировал, что операторы смогут выжить лишь при кратном увеличении цен на услуги связи, что добавит к общему уровню инфляции в стране 1–2 п.п., а сам рост тарифов может составить 90% при условии необходимости внедрения оборудования в срок до 2018 года. И это еще скромные оценки. Министр связи Никифоров, например, говорил о росте тарифов на 300%. От РСПП поступило также предложение законодательно обязать всех российских абонентов связи отчислять средства на реализацию «закона Яровой». Такой платеж должен составить 3–5% от средимесячного счета.

— закон показал, что экономика в стране не рыночная, а директивная — по звонку из Кремля. Дворкович уже попросил не повышать тарифы более чем на 5%, и это при том, что закон полностью убивает капитализацию операторов. По заявлению «Мегафона», затраты на реализацию норм составят 938 млрд рублей, а это выше годовой выручки компании примерно в 3 раза. «Вымпелком» оценивает затраты на исполнение закона, с учетом текущих требований, в районе 1 трлн рублей. «МТС» совместно с «МГТС» на уровне 1,7 трлн рублей. По оценкам РСПП, к 2019 году операторы связи потратят на реализацию закона около 17 трлн рублей (не включая расходы на съем голосового трафика).

— закон принимался без проработки и анализа последствий его внедрения. Никто не просчитывал, насколько могут повыситься тарифы связи. И до сих пор оценки затрат отрасли совершенно различные. От 100 млрд рублей до 17,5 трлн по данным РСПП. Суммарные доходы операторов от услуг связи составляют не более 1,7 млрд руб. Более того в правительстве даже не задумывались о том, как закон должен вступить в силу. Именно поэтому сейчас активно выдвигается идея поэтапного его внедрения. Да и сами операторы на момент принятия закона не знали, каким образом он будет реализован. В идеале подобные законы не должны быть оторваны от практики. То есть, должны были быть встречи с операторами, выслушаны их предложения, прописана процедура его внедрения. Но ничего этого нет, есть только идея — контролировать любое выражение мысли.

Как сообщают несколько источников, «госорганы не хотят допускать операторов к разработке документа», в котором были бы определены сроки и порядок хранения данных в рамках закона Яровой. А это уже говорит о том, насколько закон будет учитывать интересы операторов. Да и принимая во внимание, что по словам операторов нет необходимых технических условий для исполнения ряда норм закона, стоит говорить, что закон принимался впопыхах. В законе даже не были прописаны базовые основы об ответственности за хранение информации. Принимая закон, никто даже не задумывался над вопросом, а существует ли для его реализации подходящее оборудование. В России такого оборудования не производят, и этот факт признали на уровне министров. Эксперты же утверждают, что подобного оборудования нет даже за рубежом.

столь легкое принятие закона Яровой стало «зеленым светом» для Кремля, который теперь решил, что свобода в интернете — это то, что может быть попрано без противодействия со стороны общества. За ним последовали новые инициативы — досудебная блокировка интернет ресурсов, «закон о мессенджерах», запрет анонимайзеров и VPN, инициативы о многомилионных штрафах за оскорбления и клевету. Закон Яровой таким образом, выступил катализатором процесса подавления свободы в интернете.

<hr/>

ТРЕВОЖНЫЕ СИГНАЛЫ

Закон Яровой — классический пример того, как целесообразность нужд режима превыше всех возможных расчетов и просчетов принятия закона. О том, что закон сырой и в текущем виде не может быть реализован, сигналов было множество. Последними такими признаками стали:

— противоречие закона регламенту ЕС, который вступит в силу за два месяца до вступления закона Яровой, согласно которому данные европейских пользователей можно будет хранить только в тех случаях, если спецслужбы подтвердят, что такие действия в отношении конкретного абонента служат целям обеспечения национальной безопасности и правопорядка. Но по закону Яровой в России должны храниться данные всех пользователей российских сетей, в том числе проживающих на территории России иностранцев. Если Россия и ЕС не придут к согласию, то российским операторам придется заплатить за эту прихоть российских властей 45 млрд рублей. Учитывая неподъемные расходы на внедрение закона, такие штрафы добьют отрасль.

— споры в правительстве относительно сроков внедрения закона.

В правительстве предлагают отложить его внедрение до 2023 года. Ряд депутатов ГД также выступает за поэтапную реализацию закона. ФСБ против пилотных зон и поэтапного внедрения, поскольку все технические средства, по заявлению спецслужб, есть. Отсрочка проекта оправдана с той точки зрения, что в случае внедрения закона сразу операторы понесут высокие расходы, что приведет к резкому скачку цен на услуги связи. Пока в правительстве пытаются отсрочить внедрение закона, понимая, что на его реализацию нет денег ни у бюджета, ни у операторов, ФСБ продолжает настаивать на своем, ставя свои узко кабинетные интересы выше национальных интересов и экономической целесообразности. Убить рынок сотовой связи ради создания системы слежки — пожалуй, такое могло произойти только в стране, где президент и является выходцем из этой системы слежки.

— закон уже был признан одной из худших мировых инициатив в области IT, препятствующих дальнейшему инновационному развитию индустрии. К такой оценке пришли в Фонде информационных технологий и инноваций (Information Technology & Innovation Foundation, ITIF). А это те самые мировые рейтинги, за которыми гонятся российские власти. Сейчас же они поступились ими ради стремления взять под свой контроль все возможные каналы виртуального общения российского населения. Учитывая, что отрасль зависит от кредитов, подобные расходы приведут к тому, что компании будут вынуждены экономить на инновациях. Например, на совершенствовании сетей, внедрении 5G и прочее. А значит Россия в очередной раз окажется за бортом передовых технологий и инноваций. Что ж, видимо безопасность режима важнее будущего страны.

Закон Яровой — это одновременно удар по свободе выражения, нарушение конституции в части тайны переписки, удар по отрасли телекоммуникационных услуг, скачок инфляции и ухудшение уровня жизни россиян за счет удорожания услуг мобильной связи. Но Кремль не замечает этих изъянов, исходя из того, что для него это возможность установления тотального контроля, безопасность собственного режима. На одной чаше весов стоит российский народ и экономика, а на другой — Кремль и его выживаемость. Что оказалось важнее, понять не сложно.


Самое читаемое сегодня

Главные новости дня