Бастрыкин отправит российские компании на нары

Бастрыкин отправит российские компании на нары

Следственный комитет лоббирует закон об уголовной ответственности юридических лиц

Уголовное право в России может быть радикально реформировано. В случае принятия закона, который лоббирует глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин, юридические лица смогут стать объектом для уголовного преследования, пишет РБК. В настоящее время на них распространяется только административное наказание.

По мнению Бастрыкина, который еще в июне обратился с просьбой принять закон к спикеру Госдумы Вячеславу Володину, государству не хватает инструментов для успешной борьбы с выводом капиталов за рубеж. Для этого как раз и используются юридические лица. Причем, как российские, так и иностранные. Невозможность их экстерриториального преследования создает трудности СКР.

Предлагаемый Бастрыкиным закон должен коснуться банков и других финансовых организаций, которые подозреваются в случаях преднамеренного банкротства. Сейчас невозможность накладывать арест на банковские счета в рамках административного права приводит к тому, что контролирующие компанию физические лица, успевают вывести средства с ее счетов.

В своем https://rg.ru/2017/04/12/glava-sk-rf-v-interviu-rg-vydvinul-5-predlozhenij-po-borbe-s-korrupciej.html%20 target=_blank rel=nofollow>интервью «Российской газете» в апреле 2017 года Бастрыкин обозначил конкретный круг деяний, за которые, по его мнению, должна следовать уголовная ответственность юридических лиц. Среди них легализация доходов, полученных преступным путем, коммерческий подкуп, дача или получение взятки.

Отметим, что речь идет не только о делах коммерческого, но и политического характера. Юрлица предлагается наказывать за «организацию массовых беспорядков, финансирование терроризма, нарушение правил международных полетов, насильственный захват власти, вооруженный мятеж, диверсию, организацию экстремистского сообщества».

Распространить уголовное право на юрлица — давняя мечта Бастрыкина. Впервые о появлении в России нового вида преступности — «преступности юрлиц» глава СКР заговорил еще в начале 2011 года во время объявленной по поручению Дмитрия Медведева кампании борьбы с фирмами-однодневками.

В 2015 году в Госдуму был даже внесен соответствующий законопроект, подготовленный совместно с СКР и одобренный Росфинмониторингом и ЦБ. Предполагалось установить ответственность юрлиц — от предупреждения или штрафа в размере до 30 млн. рублей до лишения лицензии или принудительной ликвидации.

При этом автор того законопроекта — зампред комитета ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Александр Ремезков, ссылался на опыт США, Европы и Китая. Правда, в связи с негативным отзывом части депутатов, а также правительства, закон не был даже рассмотрен профильным комитетом.

На Западе, утверждает Виктория Бурковская из адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» подобный закон позволяет https://rg.ru/2017/04/12/glava-sk-rf-v-interviu-rg-vydvinul-5-predlozhenij-po-borbe-s-korrupciej.html target=_blank rel=nofollow>взыскивать с корпораций компенсацию нанесенного вреда. И корпорации его боятся. Например, Daimler согласилась выплатить за досудебное урегулирование дела о коррупции 185 млн. долларов. Однако случаи применения такого закона единичны.

Руководитель уголовной практики компании BMS Law Firm Тимур Хутов относится к идее радикального изменения правовой системы критически.

— С одной стороны, введение уголовной ответственности для юрлиц действительно даст дополнительные возможности по экстерриториальному уголовному преследованию организаций и аресту их счетов. Это позволит эффективнее бороться с отмыванием денег, а также с финансированием терроризма. Но с другой стороны, сама конструкция отечественного уголовного права не предусматривает возможность привлекать к ответственности организации — не понятно, как устанавливать умысел на совершение преступления.

В данном случае проще и эффективнее будет расширить возможности в рамках административного и гражданско-правового законодательства, а не целиком менять уголовное.

Руководитель международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков разъяснил «СП» правовые нюансы проблемы уголовной ответственности юридических лиц.

— Надо понимать, что уголовная ответственность — это вид юридической ответственности, наряду с дисциплинарной, административной, гражданско-правовой и т. д.

Сейчас юридические лица подвергаются юридической ответственности, когда на них, например, накладываются штрафы. Существует также налоговая ответственность, те же штрафы, пени, которые накладываются на организацию как налогового агента. Гражданско-правовая ответственность организации наступает тогда, когда против нее подают иски. То есть ту или иную ответственность юрлица и так несут.

Вопрос, должна ли эта ответственность быть именно уголовной? Ведь это ответственность за наиболее серьезные, общественно-опасные правонарушения. Именно этим уголовная ответственность отличается от всех других.

«СП»: — Почему бы и нет? Ее сторонники утверждают, что такой вид ответственности существует и в США и в Европе и даже в Китае…

— Уголовная ответственность юридических лиц пришла из американского права и возникла в начале XX века. Причем, она не была естественной для англо-американской системы права в целом. То есть возникла не в Англии, а в США как одна из форм ответственности корпораций.

Но тут надо учитывать специфику американского права. Дело в том, что там нет такого разделения проступков, какое есть в европейском или в российском праве. Там трехзвенная структура проступков: менее тяжкие, более тяжкие и совсем тяжкие.

А у нас, в России, более четкое деление: административные проступки и уже сразу преступления. Кстати, Верховный суд РФ выходил с предложением ввести в уголовном праве понятие так называемого уголовного проступка. То есть промежуточную категорию…

Поэтому, когда говорится, что в США есть ответственность корпораций — это примерно то же самое, что и административная ответственность юридических лиц по российскому законодательству. Там есть наказание, например, штрафы или лишение каких-то лицензий или поражение в каких-то правах. То есть в нашем праве все это уже есть. Ведь посадить юридическое лицо в тюрьму нельзя. Зачем тогда городить огород и ломать концепцию права? В чем прикол?

«СП»: — Да, в чем?

— Скорее всего, это борьба Следственного комитета за расширение собственного влияния. Сейчас Следственный комитет не может привлекать к юридической ответственности корпорации. Только их должностных лиц, сотрудников как личности. Учредителей, директоров, бухгалтеров и т. д. В случае принятия нового закона он получит возможность расследовать уголовные дела уже в отношении коммерческих организаций, что дает возможности для роста политического и экономического влияния СКР. Коррупционный фактор там тоже присутствует. То есть это все ведомственная война за влияние на власть и общество.

«СП»: — Какие еще есть аспекты у этой проблемы?

— Некоторые организации в России уже подвергаются уголовному преследованию. Например, признание экстремистскими некоторых политических или религиозных организаций и их последующий запрет автоматически криминализирует деятельность не только самой организации, но и всех ее членов. Последствиями становится привлечение к уголовной ответственности всех участников этой организации. Таких примеров уже немало.

То есть элементы уголовной ответственности, касающиеся юридических лиц, в российском законодательстве уже существуют. Просто они сейчас вне юрисдикции Следственного комитета. А он хотел бы участвовать.

Поэтому в СК и ссылаются на опыт других стран, хотя он не так очевиден. В Европе подобная норма есть в Эстонии, но там она была заимствована у американцев, когда они формировали свою правовую систему и искали примеры в других странах. Поэтому говорить о том, что эта практика широко распространена в мире — неверно.

«СП»: — Почему глава СКР обратился с просьбой принять такой закон к спикеру Госдумы Володину?

— СКР не обладает правом законодательной инициативы. Но любой человек может выступить с любым предложением, а дальше «канализировать» его тем или иным путем. Законодательной инициативой у нас обладают либо группа депутатов Госдумы, либо правительство, либо президент. То есть Бастрыкину надо было обращаться либо к Медведеву, либо к Путину, либо к Володину. Вот он и обратился.

«СП»: — Бастрыкин лоббирует эту инициативу уже давно, как минимум с 2011 года…

— Есть мнение, что глава СКР, к сожалению, славится сомнительными инициативами, плохо согласующимися с принципами права, Конституцией России и просто здравым смыслом. Думаю, будет правильным, если ему не удастся пролоббировать эту сомнительную инициативу.

 


Самое читаемое сегодня

Главные новости дня