О самоопределении каталонцев — с точки зрения международного права и в привязке к России

О самоопределении каталонцев — с точки зрения международного права и в привязке к России

ПОМНИТ ЛИ ИСПАНИЯ СССР? НЕЗАВИСИМОСТЬ КАТАЛОНИИ И ПОЗИЦИЯ РОССИИ

Глава Каталонии Карлес Пучдемон объявил, что в течение ближайших дней этот регион провозгласит свою независимость от Испании. С этим руководству России надо будет что-то делать. Долго оставаться на деликатной позиции, заявленной намедни президентом России Владимиром Путиным на церемонии принятия верительных грамот от вновь назначенных иностранных послов, в том числе нового посла Испании в России (Россия очень переживает за Испанию в связи с каталонским референдумом, но считает случившееся её внутренним делом и выражает надежду на скорейшее урегулирование кризиса), не получится.

Определиться, думаю, может помочь такой факт. Летом 1991 года, когда активными усилиями изнутри и извне шло разрушение Советского Союза, Испания пренебрегла принципом уважения территориальной целостности нашей страны. Мадрид признал так называемое «восстановление» независимости Латвии, которая тогда ещё оставалась Латвийской ССР в составе Советского Союза, 27 августа, то есть за одиннадцать дней до того, как независимость прибалтийских республик «признал» не имевший на то права по Конституции СССР Государственный совет СССР, и за четыре месяца до того, как Советский Союз прекратил своё существование.

Сегодня правительство Испании и король этой страны Фелипе VI называют проведенный в Каталонии референдум незаконным. Точно так же они выскажутся и по поводу провозглашения каталонской независимости. Напомню, однако, что и центральные власти СССР квалифицировали подобные действий республиканских властей Латвии, Литвы и Эстонии, предпринимавшиеся в 1990–1991 годах, как противоречащие Конституции СССР. Эта позиция Москвы была проигнорирована властями западных стран.

Фелипе VI

Обо всём, сказанном выше, кстати говоря, хорошо бы вспомнить сегодня не только политическим деятелям в Мадриде, но и министру иностранных дел Латвии Эдгару Ринкевичу, обвинившему нашу страну во влиянии на референдум в Каталонии.

Ещё более активно, чем Испания, в том числе «дипломатически», работали в 1991 году на отрыв от СССР его прибалтийских республик и, соответственно, на ускорение его полного развала США, ФРГ, Франция, некоторые другие страны НАТО и Европейского союза. И именно они сегодня будут гневно клеймить «сепаратистов» в Испании. А также продолжать требовать от России «уважения территориальной целостности Украины». Западные пропагандисты и кто-то, возможно, даже в России скажут нам, что 1991 году в случае с прибалтийскими республиками страны НАТО и ЕС действовали исходя из «особых исторических обстоятельств». Что, мол, они никогда не признавали вхождение стран Прибалтики в СССР.

Что они там про себя признавали или не признавали, нам не очень-то и интересно. А вот то, что подпись всех европейских стран, а также США и Канады стоит под международным договором, закрепившим нерушимость послевоенных границ в Европе, — Заключительным актом Совещания по безопасности и сотрудничеству в Хельсинки (1975 год), известно было всем и тогда, в 1991 году, и сейчас.

Что же касается «особых исторических обстоятельств», то разве у каталонцев в отношениях с Испанией их нет?

И тем более они есть у нас в случае с Крымом, а также Донецкой и Луганской народными республиками.

<hr/>

КАТАЛОНЦЫ — НЕ ТОЛЬКО ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ, НО И ПРОТИВ МОНАРХИИ

Реакция испанских властей на попытку каталонцев мирно выразить свою волю по вопросу о национально-государственном самоопределении отвратительна. Вместе с тем это логичная реакция правительства, действующего в соответствии с политической и культурной логикой глобализма, на стремление народов к суверенности.

Премьер-министр Испании отказывается признать, что референдум о независимости в Каталонии состоялся. Можно, конечно, играя цифрами общего числа возможных участников референдума и числа тех, кто в нём действительно принял участие, обманывать себя и других, можно выдавать опасения репрессий за законопослушность, но что это меняет? Особенно для каталонцев?

Центральное испанское правительство сделало всё, чтобы самоопределение большинства каталонцев стало ещё более антимадридским. И здесь, в контексте противостояния различных частей пока ещё единой Испании, я бы ещё раз обратил внимание на формулировку вопроса референдума: «Хотите ли вы, чтобы Каталония стала независимым государством с республиканской формой правления?». Другими словами, сохраняя верность своим республиканским традициям, каталонцы проголосовали 1 октября не только за суверенитет, но и против монархии. Тем в России, кто ратует на монархический принцип правления как средство укрепления единства страны, я бы предложил серьёзно над этим моментом задуматься.

Власти Каталонии назвали действия властей Испании «нарушением международного права», и они имеют на это все основания. Дело в том, что и в Международном пакте о гражданских и политических правах, и в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах, одобренных Генеральной Ассамблей ООН в 1966 году, в первой же статье содержатся следующие положения:

«1. Все народы имеют право на самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и культурное развитие…

3. Все участвующие в настоящем Пакте государства… должны, в соответствии с положениями Устава Организации Объединенных Наций, поощрять осуществление права на самоопределение и уважать это право.»

Те же идеи закреплены и в Декларации о принципах международного права, одобренной Генассамблеей ООН в 1970 году, Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, прошедшего в Хельсинки в 1975 году, а также последующих основанных на нём общеевропейских документах.

Принцип права народов на самоопределение существует не в безвоздушном пространстве, и его осуществление не может быть бесконфликтным. Наиболее существенный конфликтный потенциал заложен в его противоречии другому основополагающему принципу международного права — принципу территориальной целостности государств. Это, однако, диалектическое противоречие, оно не должно рассматриваться в качестве препятствия для дальнейшего осуществления обоих принципов во взаимосвязи, сообразно конкретным обстоятельствам и в соответствии с международным правом.

В чём же состоят особенности взаимосвязи этих принципов? Таких особенностей, имеющих непосредственное отношение к рассматриваемому нами каталонскому случаю, две.

Первая заключается в том, что и Устав ООН, и Декларация о принципах международного права содержат положение о том, что государства должны воздерживаться от действий, направленных против территориальной неприкосновенности (целостности) других государств. Повторю ещё раз: государства, а не политические партии или объединения, или народные движения, действующие внутри той или иной страны.

Вторая особенность тем более важна (кстати говоря, и для нас в контексте кризиса на Украине). Из Декларации о принципах международного права следует, что принцип ненарушения территориальной целостности или политического единства действует в отношении государств,«соблюдающих в своих действиях принцип равноправия и самоопределения народов». Что в данном случае стоит на первом месте, а что на втором, думаю, совершенно очевидно, но тем не менее практика международных отношений последних лет свидетельствует: принцип сохранения территориальной целостности государств вновь плотно подмял под себя принцип уважения права народов на самоопределение.

Действуя, судя по всему, в русле именно такого подхода, негативное отношение властей Испании к самоопределению каталонцев поддержало руководство Европейского союза. И здесь мы также имеем дело с очевидным нарушением международного права, ибо в вышеупомянутой Декларации чёрным по белому записано:

«В силу принципа равноправия и самоопределения народов, закрепленного в Уставе Организации Объединенных Наций, все народы имеют право свободно определять без вмешательства извне свой политический статус и осуществлять свое экономическое, социальное и культурное развитие, и каждое государство обязано уважать это право в соответствии с положениями Устава.

Каждое государство обязано содействовать с помощью совместных и индивидуальных действий осуществлению принципа равноправия и самоопределения народов в соответствии с положениями Устава…»

Вместо того чтобы следовать этому ясно сформулированному обязательству, евросоюзовские чиновники предупреждают Каталонию, что, обретя независимость, она не сможет быть членом ЕС. Что это, как не прямая угроза экономического давления?

Как мы помним, накануне голосования каталонцев пресс-секретарь президента России назвал вопрос об этом референдуме внутренним делом Испании. Думаю, такая позиция будет выдерживаться и впредь. Вместе с тем, если говорить о внешней политике нашей страны в целом, то за редким исключением воссоединения Крыма с Россией приоритет в ней тоже отдаётся принципу сохранения территориальной целостности государств. Это мы знаем по драматической судьбе Приднестровья, по кровоточащей ране Донбасса, а совсем недавно вновь наблюдали в случае с референдумом о независимости, проведенным курдами в Ираке. Политические мотивы такой позиции понятны, но выборочное применение любых правовых принципов, а тем более — международного права, суть дело чреватое.


Самое читаемое сегодня

Главные новости дня