Как увеличить МРОТ сразу вдвое?

Как увеличить МРОТ сразу вдвое?

Писатель из Сиэтла Джонатан Розенблум рассказывает о том, как простые рабочие из американского моногородка добились повышения минимальной почасовой оплаты.

Борьба за социалистические преобразования принесла плоды там, где меньше всего можно было ожидать — в США, которые принято считать «самой капиталистической» страной мира.

О том, как начинался путь к успеху, рассказал автор книги «Помимо 15$: рабочие-иммигранты, религиозные активисты и возрождение рабочего движения» Джонатан Розенблум. Будучи членом Объединенного профсоюза рабочих автомобильной и авиакосмической промышленности и сельскохозяйственного машиностроения Америки, он стоял у истоков борьбы за удвоение минимальной оплаты труда до $15, которая позже стала известна как «борьба за 15». Движение, родившееся в небольшом городке Си-Так (Сиэтл-Такома) при аэропорте, где каждый третий житель работает на авиаузле, разрослось и потом победило в Сиэтле и Миннеаполисе. Многие штаты в США, в том числе и штат Вашингтон, разрешают избирателям инициативы по установлению муниципальных ставок заработной платы. Поддержка этой инициативы и была главной задачей рабочих.

— Джонатан, как родилась идея «борьбы за 15»?

— Большие идеи иногда начинаются с малого. Лозунг «$15 и профсоюз» впервые появился в Нью-Йорке. В конце ноября 2012 года около двухсот работников фастфуда в центре Манхэттена вышли на однодневную забастовку, требуя повысить минимальную зарплату до $15 в час (это более чем вдвое выше минималки, установленной в США) и признать их профсоюз.

Для города с населением в восемь миллионов человек это был крошечный протест, но для низкооплачиваемых рабочих по всей стране такой смелый призыв просто выходил за пределы воображения — все привыкли, что профсоюзные лидеры говорят о повышении на 50 центов.

— А где впервые борьба увенчалась успехом?

— Аэропорт Си-Так, расположенный рядом Сиэтлом, стал тем местом, где мы добились минимальной зарплаты $15 в час, наряду с другими правами и преимуществами. Затем «зарплатные бои» продолжились по всей стране и привели к победам, которые уже принесли пользу миллионам трудящихся.

— Каким был путь от сомнений и неверия в успех — к широкой поддержке?

— Это сложный путь личностных переживаний и роста. Например, один из лидеров борьбы в Си-Таке, Хабиба Али, иммигрантка из Сомали, пришла в восторг, когда мы выиграли избирательную инициативу за $15, но затем была обескуражена, когда комиссия аэропорта, авиакомпании, другие крупные предприятия и суд объединились, чтобы блокировать повышение заработной платы для нее и тысяч работников аэропорта. Хабиба признала, что она испытывала сомнения в течение двух лет, пока избирательная инициатива томилась в суде. Наверное, она даже думала, что движение рабочих обречено на провал: «Может быть, мы слишком высоко метим». Но теперь она говорит: «Я верю, что мы можем сделать все что угодно».

— В России практически отсутствует борьба работников за свои трудовые права. В значительной степени это связано со страхом перед индивидуальными репрессиями со стороны работодателя. Был ли такой страх в Сиэтле? Как удалось избавиться от него?

— Конечно, был страх, это же капиталистическая идеология и реальность. Трудовое законодательство не защищает трудящихся и наши гражданские права.

Работники в Си-Таке были вынуждены терпеть обычные притеснения со стороны своих руководителей: задержки зарплаты, увольнения без уважительных причин, крики и угрозы «надсмотрщиков», изменения графика в последнюю минуту, унизительные разносы перед пассажирами — все это и многое другое было привычным, вдобавок к низким зарплатам и ужасным условиям труда.

Это изменилось только тогда, когда рабочие приступили к коллективной борьбе. Они пошли на столкновение менеджментом. Иногда эти выступления были мелкими — например, делегация из шести рабочих, идущих к менеджеру требовать соблюдения техники безопасности. Иногда это были более крупные акции — когда сотни рабочих принесли петиции о справедливой оплате труда и достойном обращении в штаб-квартиру основной авиакомпании в Си-Таке.

«Некоторые просто запирали перед нами двери и отказывались разговаривать, — рассказывали позже рабочие. — Но сам акт противостояния руководству нарушил общественный порядок внутри аэропорта. Мы нарушили сложившиеся трудовые отношения».

И появился страх. Но на этот раз страх был не у работников, он перекочевал в глаза руководства. «Впервые мы увидели, как наши менеджеры коченеют при виде рабочих, собирающихся вместе: прячутся за дверями, отказываются выходить из кабинетов, подсылают парламентеров из низшего звена, чтобы те объявили, что большой босс недоступен», — рассказывали участники событий.

Уверенность оказалась заразительной и открыла окно возможности более достойного существования.

— В России общество атомизировано, часто люди готовы предать общую идею ради личного блага, и это приводит к появлению штрейкбрехеров. Была ли такая проблема в Сиэтле?

— Конечно, у нас есть и эти проблемы, потому что руководители крупного бизнеса и их политические союзники очень ловко манипулируют опасениями людей, чтобы разделить рабочий класс. Это справедливо как на местном, так и на национальном уровне.

У нас были белые представители рабочего класса в Си-Так, которые утверждали, что мигранты, работающие в аэропорте, не заслуживают $15 заработной платы. Они подкрепили свои аргументы всеми видами расизма и ксенофобскими мифами. Они поддерживали тезис идеологии США, что их положение можно считать хорошим, пока существует кто-то еще ниже их экономически и социально. Когда они видят, что кто-то получает выгоду от социальной программы, они думают, что это как-то «несправедливо».

Такой образ мышления, конечно, возник не в рабочем классе. Эти мысли навязывается и политическим истеблишментом, с помощью контроля над основными средствами массовой информации и культурой как средством разделения рабочих и сохранения их коллективной слабости.

На политической арене мы должны бороться, чтобы преодолеть эти кампании, призванные разделить нас. Мы должны показать не на словах, а на деле, как наши судьбы связаны вместе, независимо от расы, национальности, пола или религии.

— Что важнее в борьбе за трудовые права — яркий и сильный лидер или готовность общества действовать сообща?

— Ну, это легкий вопрос! Коллективные действия и большие движения всегда будут важнее яркого и сильного лидера. Обе наши страны имеют негативные примеры серьезных кризисов, которые развиваются, когда движение зависит от одного лидера или небольшой группы лидеров.

Ключевое значение имеет действенная демократия, поскольку она выполняет две задачи: во-первых, удерживает лидеров в подотчетности, зависимости от народа, а во-вторых, вовлекает простых людей в качестве движущей силы в кампанию. По моему опыту, работники будут рисковать и терпеть огромные жертвы — до тех пор, пока они будут владеть движением. Умный, харизматичный лидер может сплотить движение, но нужны массовые, демократические действия, чтобы долго поддерживать его.

— В России наблюдается явление «усвоенной беспомощности» — негативный опыт отстаивания своих прав приводит к покорности и пассивности. С чего начать, чтобы люди сплотились в сильное общественное движение и достигли своих целей?

— Иногда приходится начинать с малого, на одном рабочем месте или в одном сообществе. Даже небольшие бои преподают уроки, выстраивают отношения и развивают уверенность.

Но я бы призвал вас начать не на идеологическом уровне, а скорее ближе к земле. Эффективные дискуссии начинаются не с тезисов, а с вопросов: почему мы изо всех сил стараемся заработать на жизнь, в то время как небольшое количество богатых имеют так много? Почему наши старики должны бороться, чтобы удержать свои государственные пенсии, пока правительство продает бизнес капиталистам? Почему многие из нас сталкиваются с отсутствием нормального жилья в то время как элита владееет роскошными виллами по всему миру?

Наша первая задача как организаторов — заставить людей задуматься. И как только они зададутся вопросом, почему вокруг нас такое жуткое неравенство, мы можем начать говорить о том, что нужно сделать.

— Какие слова солидарности вы бы сказали тем рабочим в России, которые хотят начать борьбу за свои права?

— Экономическая система капитализма, ставя прибыль превыше людей, а корпоративные интересы превыше общества и планеты, непоправимо противоречит человеческим ценностям. Будь то в России, США или в другой стране, наша работа состоит в том, чтобы определить и удержать наше видение справедливого, гуманного общества; требовать его, даже когда противостоящие силы кажутся подавляющими.

Отчаявшись остановить натиск капитализма, мы часто ищем легких решений или надеемся на удачу — какой-то чудесный поворот событий, или выборы политического лидера, который приведет нас на землю обетованную. Но чудес не будет, не будет и легких путей. Большие перемены создаются не блистательными лидерами и не политическим мастерством, а путем объединения тысяч актов простого мужества и благородства, которые сами по себе могут показаться несущественными, но вместе совершат огромные преобразования. Из этих ежедневных уроков, из обломков наших нынешних обстоятельств мы можем создать новое рабочее движение, вернуть власть трудящимся и построить справедливое общество.


Самое читаемое сегодня

Главные новости дня