Елена Окопная: «При работе над «Довлатовым» временами казалось, что мы на грани провала»

Елена Окопная: «При работе над «Довлатовым» временами казалось, что мы на грани провала»

Уже завтра, 17 февраля в столице Германии пройдет мировая премьера нового фильма Алексея Германа-младшего «Довлатов» (картина отобрана в основной конкурс), а еще через полторы недели – 1 марта – лента выходит в российский прокат (дистрибьютор – компания WDSSPR). Специально для «ПрофиСинема» Елена Окопная, работавшая на проекте художником-постановщиком и художником по костюмам, рассказала о воссоздании предметного мира и духа 1970-х годов, поисках аутентичных вещей той эпохи, важности попадания в образ персонажа взамен копирования, и многом другом.


Фаина Фардо:
«Довлатов» - уже второй фильм Алексея Германа-младшего, на котором вы выступили как художник-постановщик и художник по костюмам. Как началось ваше сотрудничество с режиссером? 

Елена Окопная:
Учась на продюсерском факультете ВГИКа, параллельно работала в кино, причем вполне успешно, но потом решила сменить сферу деятельности и хваталась за многое, что вдруг возникало: занималась выпуском юбилейного альбома для Шереметьево, продюсировала спектакль современного танца, продюсировала киноклуб в театре «Практика» и т.д.  Затем мы познакомились с Лешей, и так случилось, что пришлось вернуться в кино. Когда приступали к съемкам фильма «Под электрическими облаками», я отвечала за художественную часть очень абстрактно, скажем, задавала некий вектор, а дальше поняла, что многие вещи мне проще сделать самой, и что на этом поприще я чувствую себя вполне комфортно. Таким образом в моей зоне ответственности оказались и другие функции – в частности, художника по костюмам. В целом наше сотрудничество с Лешей оказалось довольно органичным, и мы продолжили его на следующем проекте – «Довлатов». 

Фаина Фардо:
Насколько сложным оказалось «сидеть на двух стульях», совмещая сразу несколько функций?

Елена Окопная:
Для меня это оптимальный вариант. В голове складывается сразу целая картина, в которой все взаимосвязано, в том числе драматургия – она ведь определяется и предметным миром в частности. Работа художника-постановщика – это живопись, и когда я смотрю на кадр в целом, то не представляю, как можно допустить вмешательство кого-то еще в создание этой «картины». Только так можно сохранять баланс и гармонию.
Кроме того, для меня очень важна творческая свобода. Мы с Лешей дополняем друг друга, поэтому он мог мне довериться и не отслеживать каждый нюанс – в итоге у меня было большое пространство для маневров. 

Фаина Фардо:
Как проходит создание образа персонажа? Каким элементам вы уделяете особое внимание?

Елена Окопная:
Я скрупулёзно подхожу к созданию образа персонажа независимо от того, играет ли тот или иной актер главную роль, второстепенную или задействован как артист массовых сцен. Хочется, чтобы у каждого героя была своя индивидуальность, и это относится как к костюмам, так и к интерьерам. Мне было важно говорить о каждом человеке отдельно, и в этом – особенность «Довлатова». В фильме абсолютно разные образы. У всех артистов массовых сцен очень выразительные лица. С каждым я выстраивала диалог, выдумывая частные детали и подробности – они не просто почему-то и куда-то шли. Очень жалко, когда кого-то из них потом не оказывалось в кадре.


Фаина Фардо:
Как вы создавали ощущение духа того времени?

Елена Окопная:
Конечно же, отталкивалась от особенностей эпохи. Например, многие вещи тогда переделывались – этим занимались и мы, перешивая одежду более раннего времени под моду 70-х, с ее особой геометрией и сочетанием деталей. 
Я общалась с людьми, которые жили в Петербурге в 1970-х, приходила к ним домой. Помогали и артисты массовых сцен – просила приносить их не только одежду, но и семейные архивы, чтобы более адресно подходить к созданию образа. Очень многие рассказывали истории, которые в конечном итоге повлияли на облик персонажа и целом, и на его костюм – в частности. Не все эти нюансы заметны при просмотре, но все же это работает на глубину и многомерность образа. Например, по всей окружности краев джинс героя Данилы Козловского мы прикрепляли пятикопеечные монеты, сгибая их пополам, чтобы при ходьбе возникал определенный звук. Зритель многого не замечает, но это все равно влияет на его впечатления от увиденного. Таких нюансов было много. 
Конечно, в фильме огромное количество предметов того времени. Мы общались с коллекционерами, художниками, брали из мастерских произведения искусства 1970-х, вплоть до кусков гипса. Доставали журналы той эпохи, причем в идеальном состоянии. Что-то я находила на барахолках Италии или Англии, ведь в тот период у кого-то была возможность привозить вещи из-за границы, и было бы странно пропустить этот момент. 
Многие предметы мы строили, например, детскую ракету – потом ее кто-то даже хотел у выкупить, сыграло чувство ностальгии. Мне важно, чтобы картина была честной. И этого мы добивались разными способами, не только поиском предметов того времени. Так, я просила деток делать поделки и рисунки. Да, это современные детали, но они очень органично вписались в ткань фильма. 

Фаина Фардо:
Как проходила работа в экстерьерах?

Елена Окопная:
По моим ощущениям, на улицах мы снимали не так уж много, хотя у первых зрителей «Довлатова» сложилось иное впечатление. Я рада, что у меня был доступ к архивам. Геометрия пространства того времени очень много дает. В 1970-х на улицах было другое освещение, и это нужно было учитывать, устанавливая лампы с другой цветовой температурой. Приходилось маскировать кондиционеры и другие приметы современности. Но с этим сталкиваются все, кто снимает исторические картины. 


Фаина Фардо:
В картине очень много локаций. Расскажите о них подробнее. Как вы их обживали, добиваясь соответствия духу эпохи?

Елена Окопная:
Да, локаций было много. Случалось и так, что сразу несколько объектов находились в одном подъезде (это был расселенный дом). Изначально там были голые стены – я очень люблю, когда работу начинаешь с «чистого листа». Это дает больше возможностей для воображения. Но в то же время не могу работать вне контекста, не могу абстрактно придумать декорацию. В данном же случае все совпало – с одной стороны, были заданы ориентиры (высота потолка, ширина стен, величина самого помещения и другие заданные характеристики локации), с другой стороны, объект был в запущенном состоянии. Мы достраивали библиотеку, отливали кариатиды. Очень хотелось подчеркнуть парадоксальность той эпохи. Мне нравится, когда сочетаются разные временные пласты. При подготовке съемок сцены в редакции я представила, что она расположена в квартире (как, например, редакция «Звезды»). И мне захотелось придумать историю этой квартиры. Раньше ведь обитатели квартиры делили пространство, разбивая его на много разных частей. В итоге редакция кажется эклектичной. Сочетание кариатид, портрета Ленина, архивного шкафа – это то совмещение, которое дает кадру энергию. Там, где получалось привнести такие парадоксальные вещи, я обязательно это делала. 
Все рисунки для обоев найдены мною в Музее города, то есть они аутентичны тому времени. Любопытно, что тогда их рисовали от руки, и когда нужно было с фотографии переводить орнамент в цифровой формат для печати, оказалось, что не так просто повторить рисунок – сейчас рисуют в основном на компьютере, поэтому передать движение кисточки, которое имеет разный нажим, глубину краски и т.д., воспроизвести было тяжело. 

Фаина Фардо:
Насколько я понимаю, вы не стремились воспроизвести предметы и локации с документальной точностью, уделяя внимание в первую очередь их внутреннему соответствию образу.

Елена Окопная:
Я убеждена – и это имеет отношение как к декорациям, так и к костюмам – если просто копировать объект, то копия неизбежно будет хуже оригинала. Если артист играет роль реально существовавшего героя, и мы копируем его внешность, стараясь добиться максимального портретного сходства, то на 99% образ не будет органичным по одной простой причине – это другой человек. Тут важно уловить ощущение, организовать попадание в образ, а не заниматься повторением. Конечно, я отсмотрела огромное количество фотографий, но они служили мне материалом для вдохновения, набора впечатлений и ощущений, на базе которых я потом выстраивала дальнейшую работу. 


Фаина Фардо:
Какого подхода к работе вы придерживаетесь – приходя на площадку, вы уже точно знаете, что делать, и остается лишь осуществить задуманное, или допускаете импровизации, внося коррективы в образ уже в процессе работы?

Елена Окопная:
В этом смысле я очень «неудобный» художник, потому что не сразу представляю себе конечный результат. Если говорить о костюмах, то я устраиваю примерку, где подбираю для персонажа несколько вариантов костюмов, фотографирую, и потом на свежую голову решаю, какая комбинация смотрится выигрышнее. Иногда складывается ситуация, когда я переодеваю артистов, добавляя дополнительные детали (например, по-другому завязывая галстук), отчего от дубля к дублю его внешний вид может меняться. То же самое с декорациями – я «дописываю» их уже в процессе съемок. 

Фаина Фардо:
Что было самым сложным в работе над «Довлатовым»?

Елена Окопная:
Безумный темп. Подготовительный период начался в августе 2015. Для меня он заключался в «погружении» – наборе материала и частично в подборе вещей. Это «яркие краски», но что из них войдет в картину, на тот момент было неясно. Снимали мы с 20 февраля по 31 июля 2016 года, и это был самый тяжелый период. По фильму заметно – картинка нестерильная, она богата деталями, каждая вещь несет смысловую нагрузку. Все это создавалось уже в процессе съемок. Одним из самых стрессовых моментов была ситуация, когда практически за сутки нужно было перестроить декорацию, а сами съемки по плану начинались в 8 часов утра. Один человек из администрации потом вспоминал: «Я пришел на площадку в 6 утра и ужаснулся – ничего не готово. А когда посмотрел на декорацию в ожидаемые 8, то подумал, что за эти два часа случилось чудо».
Эта картина много забрала, но многое и дала. Временами было очень сложно, и когда казалось, что мы на грани провала, вдруг происходило чудо, и все налаживалось. Например, однажды у меня закончились галстуки, и я не успевала их докупить. И вдруг мне позвонила одна из артисток массовых сцен и сказала: «Моя подруга перебирала старые вещи и приготовила пакеты на выброс, но в этот момент я зашла в гости, и увидела, что один из пакетов – с галстуками 1970-х. Может, они пригодятся?» 


Фаина Фардо:
Какие яркие впечатления оставила у вас работа над «Довлатовым»?

Елена Окопная:
Таких впечатлений очень много. Например, когда к нам на съемку приходили дети. Надевая одному их них шапку на резинке, его мама сказала: «А вот так одевалась твоя бабушка». Это очень любопытно, потому что, по сути, никто точно не знает, что носила его бабушка, ведь одно дело – видеть фотографии, и совсем другое – примерить эти вещи на себя. 
Кроме того, я столкнулась с тем, что 20-25 летние ребята, работавшие на «Довлатове», так мало знают о советском времени. В одной из сцен нужно было вставить лист бумаги с копиркой в печатную машинку, но они не смогли разобраться, как это правильно сделать. 
Был и случай мистического свойства – у меня перестал работать телефон. Как оказалось, он сам переставил время с 2016 на конец 1970 года.

Фаина Фардо:
Были ли ситуации, когда не удалось реализовать задуманное, или получилось реализовать не так, как планировалось?

Елена Окопная:
Я против компромиссов, особенно по отношению к себе, поэтому не позволяю расслабляться и что-либо не доделывать – мол, это всего лишь одна декорация, никто и не заметит, если она будет не совсем точной с точки зрения попадания в образ и детали. Хотя, безусловно, каждый раз кажется, что можно было бы сделать лучше.



Подписывайтесь на наш Телеграм-канал



Автор: Фаина Фардо




ff89fbd0

Самое читаемое сегодня

Главные новости дня