Революция «зонтиков» не даст Гонконгу демократии (The Washington Post, США)

Революция «зонтиков» не даст Гонконгу демократии (The Washington Post, США)



Во многих СМИ можно увидеть сообщения о том, как жители Гонконга, разочаровавшиеся в политическом курсе своей страны, борются с тиранией Пекина и выступают за демократию. Однако все это неправда.

Вот что происходит там на самом деле: группа радикально настроенных (говоря более мягко — наивных) мечтателей выдает за борьбу за автономию Гонконга то, что является реальными и законными экономическими претензиями людей. Это движение — часть мирового тренда под названием «майданократия» (от печально известного Майдана в центре Киева, где начались украинские протесты). Если события развернутся в полном масштабе, то для Гонконга все закончится довольно плохо.

После окончания холодной войны «майданократия» стала все более и более распространенным явлением. От бывших советских республик до Юго-Восточной Азии, от арабского мира до Украины, оно повлияло на жизни и судьбы сотен миллионов людей. События в Гонконге в чем-то схожи с тем, что мы видели в Каире и Киеве. Первый общий фактор — недовольство народа из-за существующего положения дел и возможного будущего региона. Во-вторых, участники протестов — это в основном те, кто действуют из лучших побуждений, кто волнуются о своем благополучии и благополучии других, однако во главе протестов стоят активисты, у которых есть своя идеологическая платформа. И их цель, в конечном итоге — свержение правительства, а иногда и всей политической системы. В-третьих, их действия постоянно поощряются прессой, что только нагнетает обстановку и нередко доводит до беды. В-четвертых, это все проходит под лозунгом демократии.

Обычно эти движения обречены на неудачу, их подавляют с особой жестокостью, и все это сопровождается трагической гибелью людей (вспомним Сирию). В редких случаях успеха они приводят к длительному периоду страданий и разрухи (вспомним Украину, где «цветные» революции, продолжающиеся более десятилетия, привели к расколу страны и теперь угрожают самому ее существованию). Когда смотришь на некоторые протесты, возникает ощущение, что они движутся по кругу: люди приходят на площадь свергнуть правительство только за тем, чтобы потом вернуться и свергнуть новое (вспомним Египет). Тем времен в стране царят бессилие, хаос и насилие.

Эти тенденции уже видны и в Гонконге. Десятки тысяч протестующих оккупируют центральный район города, один из самых больших мировых финансовых центров, с требованиями поменять процедуру выбора будущих руководителей города. Они даже установили срок, когда нынешний глава администрации Гонконга Лян Чжэньин должен уйти в отставку (как и в классическом сценарии Майдана, уже начались жестокие столкновения между протестующими и жителями, которые недовольны сложившейся ситуацией, так 2000 как опасаются, что затяжные протесты отразятся на их жизни).

Однако основная идея протеста, прозвучавшая из уст наиболее радикальных активистов, является спорной, потому что ее главный посыл насчет демократии в Гонконге в корне неверен. Уровень участия народа в политической жизни Гонконга переживает свой исторический максимум. До 1997 года Гонконг на протяжении 155 лет был британской колонией, и за это время пост главы администрации сменили 28 губернаторов, которых напрямую назначал Лондон. Для Криса Паттена, последнего из них, попытка выставить себя воплощением демократии была бы лицемерием высшего порядка.

Только после того, как Гонконг вернулся к Китаю 17 лет назад, началось реальное участие общественности в управлении делами города. Сегодня половину законодательных органов избирает народ, а другую половину — коллегия выборщиков. Глава администрации, который должен быть уроженцем Гонконга, избирает комитет, состоящий из 1200 человек, которые тоже должны быть уроженцами города.

Кроме того, Пекин разработал план, в соответствии с которым с 2017 года комитет, представленный гонконгцами, будет выбирать кандидатов, за которых потом жители города будут голосовать напрямую. Непосредственной причиной нынешних беспорядков является требование протестующих самим назначать кандидатов.

Однако важен контекст требований: общее недовольство породило возможность этих протестов, но его источники не имеют ничего общего с воображаемой диктатурой Пекина. Гонконг переживает тяжелый период экономической и социальной разрухи. Его главное преимущество — быть единственным портом Китая — исчезло по мере того, как развивалась рыночная экономика страны. Производственные базы, которые предусматривают большое количество рабочих мест, были перенесены в более дешевые места. Глобализация и экономический рост Китая подняли положение города до международного финансового центра, однако экономические выгоды в основном приходятся на землевладельцев и тех, кто занимается финансовым посредничеством и распределением капитала. Средний уровень дохода упал, а расходы на жизнь, в особенности на жилье, постоянно увеличиваются. Разрыв в уровне благосостояния в Гонконге один из самых высоких в мире.

Данные наблюдений показывают характер общественного недовольства, и оно кардинально отличается от того, что представляют нам протестующие. За прошедшие несколько лет результаты опросов, проведенных Программой общественного мнения университета Гонконга, показали, что более 80% жителей Гонконга озабочены в первую очередь поиском средств к существованию и экономическими проблемами, а процент тех, кого волнуют политические вопросы, едва достигает двузначного числа.

Когда летом движение Occupy Central стало набирать обороты, протестующие в ходе неофициальных опросов собрали 800 тысяч голосов в свою поддержку. Менее чем через два месяца противники движения собрали 1,3 миллиона (среди населения в семь миллионов) подписей против. Та же программа Университета Гонконга провела с апреля 2013 года, когда активисты только начинали создавать это движение, пять общественных опросов. Практически все результаты показали, что больше половины жителей Гонконга были против протестов, в то время как поддержка движения опять же едва достигала двузначных показателей.

Экономические трудности Гонконга — огромные проблемы для любого правительства. Однако ситуация усугубилась после успешных попыток протестующих представить ситуацию таким образом, будто главная причина всех бед Гонконга — это Пекин. Направляя беспокойство и раздражение людей по ложному пути, идеология «майданократии» взяла верх над настоящими источниками проблем Гонконга и их решениями.

Учитывая все это, будущее Гонконга не так уж и мрачно, как кажется сейчас. Ситуация здесь в корне отличается от Египта и Украины. У экономики есть свои сильные стороны, правовые нормы все еще действуют, есть множество ресурсов, которые могут быть направлены и распределены нужным способом для решения конструктивных проблем. Подавляющее большинство жителей Гонконга хотят решать проблемы, в них нет тяги к идеологии. И самое главное, Гонконг остается неотъемлемой частью экономически динамичного и стабильного Китая. По словам Мартина Жака из британской газеты The Guardian: «Китай — это будущее Гонконга, а не враг».

Сейчас ситуация напряженная. Если любая из сторон совершит ошибку, и конфликт усугубится, то мы знаем, какие могут быть последствия. Нынешние условия существования Гонко 1000 нга не располагают к каким-либо разрушениям. Так что давайте вернем порядок в город у гавани. Гонконгу нужны те, кто может решать проблемы, а не революционеры.


Самое читаемое сегодня

Главные новости дня