Устоит ли Туркменбаши под натиском исламистов?

Устоит ли Туркменбаши под натиском исламистов?

Вплоть до 2001 года туркменские власти поддерживали доброжелательные отношения с Талибаном – поставляли мулле Омару ГСМ и закрывали глаза на афганский наркотрафик. Негласное соглашение с  талибами и самоизоляция Туркмении подарили стране относительно спокойные 90-е. Пока в соседних Афганистане и Таджикистане кипели кровавые гражданские войны, в Ашхабаде отливали золотые памятники Туркменбаши. После 2001 года расстановка сил поменялась и Туркменистан поспешил списать своих «старых друзей» со счетов, сделав ставку на союз с коалицией НАТО, бомбившей Афганистан. Талибы же хорошо запомнили, как Ашхабад порвал с ними и к тому же начал препятствовать наркотрафику через свою территорию. В начале 2014 года группировки Талибан, контролирующие большую часть туркмено-афганской границы, дали понять новому президенту Бердымухамедову, что на прежние добрососедские отношения после ухода американских войск ему лучше не рассчитывать.

С начала года на границе вспыхивают перестрелки, увеличивается концентрация боевиков на севере Афганистана, с афганской стороны возникают укрепрайоны, с туркменской перебрасывают военную технику по ближе к границе. По информации правозащитной организации «Туркменская инициатива по правам человека» (г.Вена) власти рекрутируют местных студентов в войска. Эксперт В. Волков пишет об испуге среди туркменских правителей. Общую тревогу усилило заявление группировки Исламского Движения Узбекистана (ИДУ) о присоединении к ИГИЛ.  ИДУ базируется на территории Афганистана и Пакистана в его интернациональный состав входят в том числе и туркмены, общая численность группировки оценивается по последним данным в 10-15 тыс. чел. многие из которых имеют опыт войны в Сирии. Когда эксперты рассуждают о возможном направлении экспансии исламистов с территории Афганистана после ухода американцев – северное направление экспанисии связывают именно с Исламским Движением Узбекистана.

Эксперты признают Туркменистан наиболее слабым звеном в цепочке северных соседей Афганистана. Узбекистан имеет относительно многочисленную и боеспособную армию, активно сотрудничает в НАТО, кроме того соседние афганские провинции с согласия НАТО негласно взяты под протекторат Ташкентом. Таджикистан и Кыргызстан входят в ОДКБ и ШОС, имеют на своей территории российские базы. Что касается Туркмении то её граница легко проходима, армия слаба – годы нейтралитета и самоизоляции свели её боеготовность к нулю, то же самое касается и спецслужб, племена проживающие на афганской территории имеют свои претензии к Ашхабаду. В самой республике население пребывает в нищете и, как следствие, симпатизирует радикалам.  Анализируя ситуацию на туркмено-афганском пограничье, ряд экспертов проводят параллели с внезапным успехом «Исламского Государства» на Ближнем Востоке – накапливание сил и получение боевого опыта в стране А, охваченной гражданской войной, и затем стремительный бросок в соседнюю страну Б, имеющую слабую армию и богатейшие запасы углеводородов. Туркменистан представляется заманчивой целью для боевиков – богатые запасы газа, возможность наркотрафика на север, выход к Каспийскому морю, относительно слабая власть. В случае реализации такого сценария и взятия под контроль  части территории Туркменистана и Афганистана вооруженные исламистские группировки создадут опасность для Среднеазиатского и Каспийского регионов, кроме того, создадут угрозу открытия «второго фронта» против Ирана, уже ввязавшегося в события в Ираке и Сирии.

Несмотря на декларируемый нейтралитет (День Нейтралитета в Туркменистане национальный праздник) негласным покровителем Ашхабада является КНР. Поднебесная  имеет на республику большие виды.  Так в истекшем году Китай импортировал 53 млрд. куб. м. природного газа, из них 27 млрд. куб.м. — из Туркменистана. Пропускная способность газопровода Туркменистан-Китай составляет на сегодня 40 млрд. куб.м. К 2020 г. когда она достигнет 80 млрд. куб.м. Пекин планирует закупать у Ашхабада уже 65 млрд. куб.м. в год (43% от планируемого импорта). Для сравнения —  Россия согласно заключенному в этом году газовому соглашению будет поставлять в Поднебесную 38 млрд. куб.м. (25%) в год. Китайская CNPCимеет исключительные права на разработку газа на суше в республике, к тому же строит уже второй газоперерабатывающий завод. В мае 2014 года Китай заключил с Туркменией – последней из среднеазиатских республик — договор о стратегическом партнерстве. Влияние на Ашхабад выгодно Пекину и возможностью транслировать его на Кабул, используя давние связи и новые инфраструктурные проекты двух республик. Таким образом, Туркменистан является для Китая стратегическим «газовым оазисом».

Если проводить аналогию между ИГИЛ в Сирии и ИДУ в Афганистане до конца, то мы увидим что за Ираком стояли США, а за Туркменистаном стоит Китай. Ирак потерпел поражение от боевиков и что же сейчас делает Америка? Не получится ли так что КНР окажется такой же бессильной перед вторжением боевиков в Туркменистан?

Во-первых, региональная политика Обамы была и остается основанной на идее ухода с  Ближнего и Среднего Востока,  и соответственно удар ИГИЛ пришелся «вдогонку» американцам. Китай же, напротив, объявил бросок на Запад – «концепцию Великого Шелкового Пути» — и сейчас занимает на Среднем Востоке те позиции, которые прежде занимали США. Во-вторых, если политика США в регионе строилась на размахивании шашкой и порождала лишь новые конфликты, то Китай заходит в регион вкрадчиво шелестя купюрами, а деньги как известно любят тишину. Пекин в случае серьезного кризиса в Средней Азии не останется в стороне от происходящего. При этом Китай до последнего будет стараться избежать прямого столкновения с исламистами, пытаясь сторговаться договориться  или подключить более опытных в борьбе с боевиками соседей.

Что касается соседей, то Туркменистан спешно старается заручиться их поддержкой в сфере безопасности. Страна Туркменбаши годами  демонстративно дистанцировалась от ШОС, ОДКБ и других региональных площадок, на которых её соседи уже давно обсуждают всё тот же афганский вопрос. Однако, в последнее время наметились перемены:  в сентябре туркменский президент на правах гостя впервые принял участие в саммите ШОС в Душанбе и провел ряд двусторонних встреч; в рамках Каспийского саммита прошла встреча с В.В. Путиным; 17 сентября Г.М. Бердымухамедов встретился с министром обороны Ирана; наконец 10 октября он принял участие в саммите стран СНГ в Минске, (в последние годы Ашхабад на этой площадке представляли лишь министры иностранных дел). Заинтересована во включении Туркмении в региональную систему безопасности  и Россия. Помимо непосредственной борьбы с исламистами это позволит Москве увеличить свое влияние в республике, так как других «ключей» к этой богатой газом и закрытой от внешнего мира республике у Москвы нет.


Самое читаемое сегодня

Главные новости дня